Член СПЧ Меркачёва назвала обязательную биометрию для заключённых «двойственной»
Министерство юстиции РФ продвигает законопроект, который позволит органам ФСИН обрабатывать биометрические данные осуждённых, подозреваемых и обвиняемых без их согласия. Какие проблемы он может создать, «Ридусу» рассказала член Совета по правам человека при президенте РФ Ева Меркачёва.
Ранее Минюст опубликовал в Сети для общественного обсуждения проект поправок в законы «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации», «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», «Об осуществлении идентификации и (или) аутентификации физлиц с использованием биометрических персональных данных» и Уголовно-исполнительный кодекс, которые позволят расширять использование биометрии заключённых в СИЗО без согласия её обладателей.
Ева Меркачёва рассказала «Ридусу», что инициатива Минюста РФ вызвала у неё «двойственное отношение» — с одной стороны, в системе ФСИН у заключённых и так давно уже ведут сбор биометрических данных, но расширение возможностей по их использованию может быть рискованным:
«Вот в чём собака зарыта — во-первых, человек который уже больше ни в чём не подозревается, имеет право на то чтобы его все данные были удалены. Вторая опасность — главная — связана с тем, что никто не гарантирует безошибочную работу системы распознавания лиц. Были случаи, когда к людям врывались в квартиры из-за того, что она перепутала их с разыскиваемыми», — сказала член Совета по правам человека.
Меркачёва добавила, что кроме ошибок и сбоев в базах данных системы распознавания лиц, возможны и злонамеренные фальсификации персональных данных:
«Искусственный интеллект уже начинает помогать человеку в расследовании и в профилактике преступлений, — но помочь не означает заменить. И с применением систем анализа биометрических данных нужно быть предельно аккуратными», — сказала Ева Меркачёва.
Ранее адвокат Дмитрий Аграновский раскритиковал в разговоре с «Ридусом» проект администрации Санкт-Петербурга по установке в Северной столице России нескольких тысяч камер для «распознавания этнической принадлежности лиц», как «лежащий за пределами конституционного принципа равноправия».







